Что такое Dunyazad

Представь себе свиток.

Ты открываешь её, и там появляется рассказ. Ты читаешь его, закрываешь книгу. Как только снова открываешь, рассказ оказывается другим — но внутри ты узнаешь кого-то, кого уже встречал. Или ту же страну, увиденную из другого окна. Или плоский камень на скале, который тридцать лет назад был местом другого человека.

Никто тебе этого не сказал. Ты его узнал.

Дуньязад – это этот пергамент.

Нить, связывающая

Один рассказ связывается с другим через человека, место, момент времени. И порой через идею — связь, которая удивляет больше всего, ведь она объединяет истории, не имеющие ничего общего. Фабрика в провинции в 1991 году, ведьма на лигурийском утесе, деревня на планете с двумя солнцами: и во всех трех — один и тот же жест, кто-то делает доброе дело тайно и никому об этом не рассказывает.

Эти вещи — не просто отсылки. Это порталы. Каждый из них открывается и ведёт к историям, в которых этот человек, это место, эта идея действительно важны — начиная с тех, в которых они значат больше всего.

Для читателей

Как только вы войдете, пергамент станет вашим. Дуньязад — которая в Тысяче и одной ночи была сестрой, просившей каждую ночь рассказать еще одну историю — запоминает, что вы читали, и не предлагает вам этого снова. Но, что самое главное, она понимает как вы читаете: следите ли вы за судьбой человека на протяжении многих лет, привязались ли вы к какой-то стране, удерживает ли вас там идея, которая возвращается. И она ведет вас по этой нити, а не по другой.

Два читателя, начинающие один и тот же рассказ, приходят в разные места. В этом суть.

Для авторов

Под рассказами лежит мицелий: тонкая сеть, что скрыта под землей и незаметна, а на поверхности видны лишь истории. Писать здесь — значит привить себя к этой сети.

Ваш рассказ несет с собой его людей, его места, его идеи — и с этого момента тот, кто приходит из рассказа другого человека, может оказаться в вашем, потому что вы разделяете город, профессию, одержимость. И тот, кто входит в ваш, может выйти из него в остальной мир.

Ты можешь создать свой собственный мир, с персонажами, которые действуют в твоих историях. Или же привить себя к тому, что уже существует, и взять кого-то напрокат — попросив разрешения у того, кто его придумал. Оба варианта не исключают друг друга: корни у них общие.

И, если интересно, устройство внизу

Чтобы всё это работало, необходимы тщательно выполненные, но скучные вещи. Каждый человек, место, предмет или идея обладает устойчивой идентичностью, которая никогда не меняется: две Маргариты останутся двумя Маргаритами, даже если их истории будут отличаться на тысячу пересказов. Каждая связь имеет вес, потому что появление в сцене – это не то же самое, что нести историю. И каждый рассказ существует на уникальной временной линии – одинаковой как для августа в провинции, так и для планеты с собственным календарем – так, чтобы понятия «прежде» и «после» что-то значили.

Сегодня мицелий объединяет 7 рассказов и 100 ссылок, из которых 15 встречаются более чем в одной истории, с 1991 по 2300.